Какая школа в Америке: интервью с ученицей выпускного класса

Гуляет много расхожих мнений о том, какая школа в Америке и, в частности, о качестве обучения в американских школах. Чтобы получить собственное представление о том, что там происходит и как организовано обучение, давайте поговорим с бывшей ученицей американской школы, которая училась там в течение года в выпускном 12-м классе, будучи в США по программе обмена Flex.

какая школа в Америке

«Крепко-накрепко дружить,
С детства дружбой дорожить
Учат в школе, учат в школе, учат в школе»
(В.Шаинский – М.Пляцковский)

Содержание:
1. Можно ли выбрать школу?
2. Свобода выбора предметов
3. Приличная учебная нагрузка
4. Сложная или нет учебная программа?
5. Как с посещаемостью занятий?
6. А как с дисциплиной?
7. Как выставляются оценки «в журнал»?
8. Какие пишут и делают курсовые и контрольные работы?
9. Обучают ли безопасности?
10. Существует ли понятие «Одноклассники»?

Далее сокращение “В.” означает “вопрос”, а “О.” – это “ответ”.

Можно ли выбрать школу

– Здравствуйте!
– Здравствуйте.

В.– Вы действительно учились в американской школе вместе с американскими  школьниками?
О. – Да, я училась там целый год в выпускном 12-м классе.

В.– Как Вы там оказались?
О. – Это была программа обмена Flex, финансируемая властями США. Они подбирали учеников в России, которые хотели и могли год прожить и отучиться в Америке. Также подбирали семьи в США, которые были согласны взять на год иностранного ученика, чтобы он или она жил(а) в их семье, и ходил в американскую школу.

В.– Хорошо, а как там обстоят дела с выбором школы, в которой предстоит учиться?
О. – Ученик не может выбирать школу, где он будет учиться. Школа есть данность, «прикрепленная» к тому адресу, где живет семья ученика.

В.– Это касается учеников, отправляемых в США по обмену?
О. – Нет, это касается всех американских учеников. Они учатся в «районных» школах, если говорить нашим языком.

В.– То есть, школу поменять нельзя?
О. – Если семья переедет в другой район или в другой город, иной штат, то, конечно, и школу придется поменять. Если же семья живет в одном и том же месте, то школа может быть только одна-единственная.

В.– А для платного образования какие есть ограничения по выбору школы?
О. – Я этого не знаю, в программе обмена предусматривалось обучение только в обычной «районной» школе по месту проживания приемных родителей.

Свобода выбора предметов

В.– Сколько предметов пришлось «проходить» в 12-м классе?
О. – Восемь. Можно больше, если есть желание и силы, но меньше нельзя.

В.– Это обязательные предметы?
О. – Нет. Для учеников по обмену из других стран (в программе были не только российские ученики, но и ученики из многих других стран) три предмета были обязательным, остальные по выбору.

В.– А для американских школьников тоже есть обязательные предметы?
О. – Они могут выбирать все 8 предметов.

В.– Предметы выбираются на одну четверть, полугодие?
О. – Нет, на весь учебный год. И поменять их уже нельзя в течение года.

В.– Что за обязательные предметы для учеников по обмену?
О. – Английский язык, история США и математика.

В.– Ну, с первыми двумя – понятно. А зачем математика?
О. – Не знаю (улыбается). Наверное, потому, что математика ум в порядок приводит, как говорил М.В. Ломоносов.

В.– Сложная у них математика?
О. – Нет. В выпускном классе решали квадратные уравнения (смеется), которые можно решить «в уме» по теореме Виета. А американцы про теорему Виета не слышали, никто, и учитель тоже.

В.– Значит, там легко учиться?
О. – Нет, нелегко.

В.– Из-за языка, когда обучение все по-английски?
О. – Язык тут не при чем. Возьмем, к примеру, ту же математику, квадратные уравнения. Умеешь решать, знаешь другие приемы?! Теорема Виета? ОК! Сделай так, чтобы весь класс захотел это знать. Продай идею! Убеди всех, даже тех, кто пришел на уроки просто поспать. В американской системе обучения эта «продающая» функция сильно развита. Нам это непривычно и сложно.

В.– Хорошо. А какие еще предметы Вы выбрали?
О. – Музыка (я в России занималась в музыкальной школе), кино (интересно было, как это устроено «изнутри»), немецкий язык (тоже было интересно, как учить второй иностранный язык «через» английский язык, а не «через» русский), ну и прочее.

В.– Можно выбрать только гуманитарные предметы?
О. – Нет, конечно. Хочешь, химия, физика, биология, география и прочее. Но мне эти предметы были не интересны. Даже можно выбрать физкультуру. Американские парни выбирали военную подготовку – это кто планировал потом служить по контракту в армии.

Приличная учебная нагрузка

В.– Сколько часов у Вас было в неделю, скажем, математики? И сколько было часов по другим предметам?
О. – Если пересчитывать по нашей российской системе (задумывается), то было по 5 часов в неделю.

В.– По математике?
О. – По всем предметам.

В.– Это как?
О. – По каждому предмету было 5 часов в неделю.

В.– И математика, и, скажем, физкультура?
О. – Да. Все выбранные предметы, все 8 предметов были равноправны по количеству часов.

В.– А как тогда выглядит недельное расписание уроков?
О. – Понедельник: 4 предмета по 2 часа каждый, парами, как в ВУЗе. Вторник: 4 других предмета тоже по 2 часа парами. Среда: повторяет понедельник. Четверг повторяет вторник. Пятница повторяет среду. Понедельник повторяет четверг. И так далее, весь год.

В.– Учились по пятидневке?
О. – Да.

В.– То есть каждый день у Вас было по 8 уроков?
О. – Да.

В.– Без исключений?
О. – Исключений не было. Каждый день по 8 уроков.

В.– Во сколько начинались уроки?
О. – Уже не помню. Но отчетливо помню и никогда не забуду, что вставать каждый день приходилось в 5 утра, иначе не успеешь к началу занятий.

Сложная или нет учебная программа?

В.– Да, уж… Учебные программы сложные? По математике, как я понял, не было больших сложностей?
О. – Если учебная программа была продолжением прошлогодней программы, то она начиналась на уровне окончания программы в прошлом учебном году, что вполне логично. Та же математика, например.

Ну, а если учебная программа начиналась впервые, например, музыка, то начиналась она с самых азов, скажем с изучения нотного стана и расположения на нем нотных знаков.

В.– А заканчивалась?
О. – При учебной нагрузке по 5 часов в неделю по каждому предмету за год «проходили» очень много. Скажем, в изучении кино обучение заканчивалось с представления одной учебной режиссерской работы, операторской работы и актерской работы. Понятно, не на уровне киноакадемии (улыбается), но и не «тили-тили, трали-вали», а вполне серьезно, с применением  многих современных приемов в киноиндустрии.

В.– А музыка? Вы ведь учились в российской музыкальной школе, можете сравнить?
О. – Начали с изучения нот и нотного стана, я уже это говорила. Закончили задачками, сравнимыми с последними классами нашей музыкальной школы по сольфеджио.

В.– Разве это возможно?!
О. – Да, именно так.

В.– Все ученики осваивают программу в полном объеме?!
О. – Конечно, нет. Есть нерадивые. Есть безынтересные, равнодушные. Есть те, кто уже много работает ради денег, не высыпается, и потому спит на уроках.

Но они обычно не выбирают такие предметы, как музыка или кино, туда идут те, кто этим действительно интересуется или думает в будущем двигаться в этом направлении.

Как с посещаемостью занятий?

В.– Много прогулов в школах?
О. – Я не пробовала прогуливать (смеется). А вообще, ученик не может пропустить более 10-и дней в году.

В.– По неуважительным причинам?
О. – По любым причинам.

В.– А что будет?
О. – Чуть ли не автоматически такой ученик остается на второй год.

В.– А если проболел?
О. – По любым причинам. Нельзя пропустить более 10-и дней в году.

В.– Ничего себе правила! А «по запискам родителей» могут отпустить?
О. – Да, конечно. Но если ученика нет в школе, в этот день директор школы лично звонит родителям и спрашивает, знают ли они, где находится их ребенок. Даже если перед ним, перед директором, лежит записка от родителей.

школьный автобус в Америке

В.– Вот это контроль! А опоздания?
О. – Опаздывать нельзя. Ученики добираются либо школьными автобусами, либо на личных автомобилях, у кого они есть и есть права. Можно «присоединиться» к старшекласснику, который водит машину. Но тогда этот ученик-водитель отвечает за ученика-пассажира, чтобы тот вовремя приехал в школу и вернулся обратно домой. Даже если расписания уроков у водителя и пассажира разные.

В.– Пешком можно идти в школу?
О. – Пешком нельзя было даже выйти из дома. Сразу же, как из-под земли появлялся полицейский с вопросом: «Все ли у Вас в порядке?»

В.– А Вы как добирались?
О. – Сначала на школьном автобусе, но тогда вставать нужно было еще раньше 5-и утра. Потом приемные родители договорились с соседом, у которого был автомобиль, и который потом меня возил в школу и обратно.

В.– Ни разу не подвел?!
О. – Там это не принято. Даже если наши расписания в школе не совпадают, он обязан был ждать меня, чтобы отвезти домой.

В.– А если все-таки опоздаешь, например, на школьный автобус?
О. – Туда, в школу не опаздывала, поэтому не знаю. Обратно однажды я задержалась, и автобус ушел. Обратилась к школьному охраннику, и тот немедленно по рации вернул автобус обратно.

А как с дисциплиной?

В.– Да, уж… Если нельзя пропускать занятия и опаздывать, то можно ли прогуливать уроки, находясь прямо в школе?
О. – Не пробовала (улыбается), хотя просто подмывало иногда проверить, что будет.

В.– А что бывает?
О. – Прозвенел урок – все должны быть в классах. Кто остался на улице (школа большая, много зданий, нужно проходить по улице с урока на урок) или в коридорах, если они есть, того немедленно забирают охранники. Они постоянно ездят по территории на маленьких, почти игрушечных машинках.

В.– И что дальше?
О. – Дальше ученика препровождают в локаут («lock out» в переводе означает «блокировать»), типа кабинета завуча, если говорить по российским меркам. И там специально подготовленный преподаватель, наверное, даже психолог, весь урок проводит беседу о том, что нельзя делать в школе: нельзя не учиться, нельзя опаздывать, нельзя пропускать занятия и т.п.

В.– А что делают со злостными нарушителями дисциплины?
О. – Сколько бы раз один и тот же ученик не попадал в локаут, процедура будет повторяться и снова повторяться. Будут ему объяснять, и никогда не устанут объяснять, что можно, а что нельзя.

В.– Ну, это же здорово, и пусть себе объясняют!
О. – Тот, кто туда попадал, говорят, что не хотели бы снова туда попасть. А уж любителей все время проводить в локауте я не встречала. Лучше уж спать на уроке…

В.– А если что-то более серьезное, чем прогул, опоздание?
О. – Что вы имеете в виду?

В.– Драки, например.
О. – Да, такое бывает. Тут же вызывается полиция, которая действует с драчунами как со взрослыми преступниками, жестко и бесцеремонно. И у школьных охранников есть электрошокеры, например.

Как выставляются оценки «в журнал»

В.– Оценки ставят?
О. – Конечно, только не за устный опрос, не за вызов к доске, а за письменные контрольные работы и за курсовые работы.

В.– Оценки ставят в классный журнал?
О. – Нет, в Интернет.

В.– Это как?
О. – У каждого ученика есть свой логин и пароль, свой личный кабинет. Туда преподаватель выставляет оценки. Оценки видят только сам ученик и его родители. Больше никто.

В.– Оценки публично объявляются?
О. – Никогда. Более того, никто из учителей никогда не произнесет традиционные наши «олух полный», «пенек с глазами», «здравствуй, дерево» и т.п. Никогда никаких личностных оценок не делают учителя в американской школе.

Какие пишут и делают курсовые и контрольные работы

В.– Контрольные работы сложные?
О. – Смотря по какому предмету, смотря какие контрольные. Все в форме задач и тестов с конкретными ответами, за которые и выставляют оценки.

В.– А курсовые?
О. – Они скорее не сложные, а требующие обязательного соблюдения установленных процедур.

В.– Например?
О. – Если гуманитарная работа имеет неоднозначные трактовки, разные точки зрения, то надо показать не менее 2-х разных сторон, мнений. И требуется также «прямой голос», голос экспертов или участников того, о чем пишется работа.

В.– Не понятно, что это за прямой голос…
О. – Например, я делала работу по истории, и взяла тему «Блокада Ленинграда в Великой Отечественной войне». Здесь я должна была привести интервью с действительным участником событий, с настоящим блокадником.

В.– Для этого нужно было возвращаться в Санкт-Петербург и встречаться с кем-то?
О. – Нет, конечно. Скайпа тогда еще не было, но телефонного интервью было достаточно.

В.– Учителя проверяют интервью, вернее, перепроверяют?
О. – Нет, конечно, это не подвергается сомнению.

Обучают ли безопасности?

В.– Как там в Америки с вопросами безопасности?
О. – Вы имеете в виду обучение безопасному поведению?

В.–  Ну, да.
О. – Обучают так, что это больше похоже на тренировку навыков. Чтобы потом ученик действовал, вообще не задумываясь, на автомате.

В.– Что значит, не задумываясь?
О. – Потом, уже вернувшись обратно в Россию, когда рядом со мной и с моей подругой, тоже прошедшей годовое обучение в школе США, неожиданно запустили петарды, мы обе, не сговариваясь, забежали за угол ближайшего дома, присели и закрыли головы руками (улыбается). Вот это я и называю тренировать навыки, чтобы потом даже не думать, что делать, а просто делать. Остальные совершенно не поняли, что мы такое делаем, и зачем (смеется).

В.– А чего боятся в Америке? Нас?
О. – Нет, боятся торнадо и других стихийных бедствий. Относятся к этим опасностям серьезно.

В.– А нас боятся?
О. – Мои приемные родители мне говорили, что в детстве они очень боялись СССР, так как пропаганда говорила о нас, что мы готовы напасть на Америку в любой момент. В тот момент, когда я там была, к нам относились, скорее с интересом, никак не опасаясь, и на равных.

Существует ли понятие «Одноклассники»?

В.– Общаешься с американскими одноклассниками, скажем в Одноклассниках?
О. – В Америке нет одноклассников, есть школьные подруги и друзья, и только. А Одноклассники – это чисто российский ресурс, с иностранцами удобнее общаться в Фейсбуке.

В.– Как это нет одноклассников?
О. – В силу системы обучения, каждый ученик выбирает свой перечень предметов. Поэтому такого понятия, как класс, который ходит из кабинета в кабинет, с урока на урок там нет. Классного руководителя тоже нет. Каждый ученик самостоятельно ходит по своему расписанию. На музыке у него одни одноклассники, на занятиях по кино другие, на математике третьи и так далее.

В.– Действительно, получается, что, в нашем понимании, там нет классов. Спасибо за интервью!
О. – Пожалуйста.

Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!:

Какая школа в Америке: интервью с ученицей выпускного класса